ferganaru

Помню, видел по узбекскому телевидению черно-белый короткометражный фильм с названием «Дорога в Париж», скорее всего снимавшийся якобы для детей и показанный тогда как бы детям.

Вот, решил вызнать у вас, не видели ли вы этот фильм?

Если видели, то не знаете ли вы «выходные данные» этого «кина»?

Очень интересно было бы его найти и пересмотреть, или хотя бы узнать историю этого фильма.

Сюжет там такой. Девочка подошла к арычку, и присела у воды… уже не помню зачем она это делала… возможно, просто пришла - как это делали многие маленькие дети в моем среднеазиатском детстве  - поиграть с глиной, или покидаться маленькими камешками в воду (хотя это занятие скорее не для маленькой девочки, а для мальчишки) …ну, или еще для какой игры - мало ли какую еще игру можно придумать на берегу арыка в жаркий летний день. Вот она села и смотрит на отражение другого берега в воде. И все там такое перевернутое как и положено отражению: и противоположный берег там в небе парит, и трава с него растет сверху вниз, и ничего от этого парящего берега не отрывается и в бездну небесную что подовсем этим не летит. Тут в отражении появляется что-то и вовсе несуразное – как будто вышедшее из зазеркалья… Она поднимает голову чтобы убедиться, что ей это не показалось. И видит она такое чудо: на другом берегу, в общем-то, неширокого арыка стоит маленький мальчик. На нем нет никакой одежды кроме черных трусиков, которые тогдашней детворой носились заместо шорт, он держит над собой дырявый зонтик, а в другой руке - поводок-веревочку, которой к нему привязана  малюсенькая белая болонка. (Таких собачек в конце семидесятых держали по две-три в каждой многоэтажке Ташкента.) Уж не помню, как завязался у них разговор с девочкой, но точно помню, что мальчик сообщает, что идет в Париж и предлагает ей к нему присоединиться. Помню, что последний план фильма был такой: вместе с арычком удаляется в пустырную перспективу маленький узбечёнок в черных трусиках под зонтиком  и с белой болонкой на поводке-веревочке. Ушел в свой Париж. (Заповедный и обетованный?) А девочка нет. 

Записал это и ответил себе на вопрос о том, почему вспоминаю и думаю об этом фильме. Наверно потому, что ясно помню сны, где я еду в Париж, но никак до него не доберусь. Хотя в действительности никогда в Париж я не стремился и о нем не мечтал. Меня больше интересовала и интриговала история объясняющая откуда в Джизакской области Узбекистана появился город Фариш. Слышал такую версию (за что купил – за то и продаю): Амир Тимур, прослышав о величии и богатстве далекого европейского города Парижа, в ознаменование грядущего присоединения Европы к своим владениям дал маленькому кишлаку в окрестностях своей столицы имя Фариш. Тем самым символически завоевал и одновременно умалил в своих глазах тот самый великий и, как позже выяснилось, недостижимый чужой город.

Еще забавный факт: на слух таджиков и тюрков, живущих по соседству с персо-язычными народами ЦА, в произносимом «Париж» слышится слово «ангел». Именно так переводится с фарси и таджикского краткая форма «фариш» образованная от слова «фаришта».

Чувство вызываемое воспоминанием об этом фильме как-то перекликается с тем, что возникло когда читал "На солнечной стороне улицы" Дины Рубиной. Там тоже есть "сцена у арыка". Это ассоциирование вполне закономерно.

А еще прилепляется у меня сюда выражение Шамшада Абдулаева "философия окраин". Тоже на правах ассоциации.

Такая вот «Дорога в Париж».